Tags: Крутое фэнтэзи

КФ: победа

План, придуманный Пумпитором, был довольно прост. Хаосу следовало противопоставить нелепость.
Первым на четвереньках шел Домогарий. Ему выбрили полголовы и полбороды, лицо измазали смесью песка со сливовым сиропом, а на голую спину наклеили конские волосы.
За ним чуть в стороне спиной вперед шла Гальмамбра. Юбку она надела на голову, привязав ее к волосам и закрепив раздобытым невесть где ночным горшком. На ноги натянула ночную рубашку, грудь прикрывали хорошо начищенные сапоги. При этом она еще и что-то напевала.
Стур и Пумпитор соорудили вдвоем что-то гимнастическое – оба шли на руках, сплетясь ногами. Декорированы оба были вениками и пучками травы, Закарзимир к тому же привязал к ним свою кольчугу – она тянулась за ними, поднимая столб пыли.
Закарзимир и Пребитатопт ползли по-пластунски, первый – на животе вперед ногами, второй на спине вперед головой. Оба были в полном доспехе, но вместо копий взяли вилы, а Закарзимир еще и прицепил на спину седло. У Пребитатопта седла не было, он поставил себе на живот горшок с гортензией.
Мне предстояло весь путь до поросенка прокувыркаться. Нехитрая задача – если бы не стругармийский рогатый шлем и не коса Гальмамбры, привязанная пониже пояса.
Единственным, кто шел на своих двоих был Дульсиртор. На нем были две рубашки и двое штанов – но не надеты, а привязаны, одна пара спереди, другая сзади. Штаны были сверху, толстяк страшно смущался. В руках он держал громадный поднос с копченой свининой и пел гимн Двух Солнц наоборот – такой вот у него обнаружился талант. Забегая вперед скажу – не последний.
Пульфиндор и братья Махаси остались на месте, они танцевали канкан и всячески вовлекали в него публику. Та реагировала охотно – слышались народные песни, ручьем лилось пиво, раздавались здравицы поросенку, его благородным родителям и всему их роду, каждый нашел в своей жизни какую-нибудь свинью, которую не стыдно помянуть.
Поросенок страшно заинтересовался. Я застрял на первом же кувырке – рога воткнулись в землю и не захотели из нее вытаскиваться. Предупрежденный Закарзимиром я начал делать ногами движения, будто шел. Через небольшое время выяснилось, что я таки иду – отталкиваясь от неба и чертя рогами шлема борозды в жирном черноземе. Коса летела рядом, изредка снимая куски свинины с блюда Дульсиртора, подкидывая их и кладя обратно.
Я не очень хорошо видел остальных. Помню, что Пребитатопт не полз, а плыл, мерно работая ногами, а гортензия на его животе превратилась в парус. Стур и Пумпитор сидя по-турецки летели на кольчуге Закарзимира как на ковре-самолете. Гальмамбра продолжала что-то напевать, голос ее то поднимался, то опускался, словно она качалась на качелях. А может и качалась, кто ее знает. Бесстрашный Домогарий в какой-то момент начал ей подпевать.
Вот так мы его и взяли. Наша команда окружила его, весело булькающего и пускающего пузыри, обошла вокруг него два раза и на этом он сдался.
Рутина с оформлением и заключением договоров продлилась еще около недели, по истечении которых меня объявили Победителем Голоперидольского Чудовища и официально занесли в реестр. Это был мой первый титул на Эрре.

КФ: продолжение схватки

Вторая команда пошла на штурм врассыпную. Поросенка это не смутило – двумя короткими хрюками он собрал воинов в кучку, третьим – уложил в замысловатый штабель. Распутаться самостоятельно воинам не удалось, этим за отдельную плату занялась специальная команда.
- Тупые, - прокомментировал Пумпитор. – Лучше бы уж колонной шли. Может кто-то дошел бы.
Третья команда – самая многочисленная – как раз шла колоннами. Причем народ там был опытный и во главе колонн поставил двух скупо одетых красоток. Очень красивых и фигуристых красоток.
Поросенку они понравились – пока колонны топали к его рылу, он весело повизгивал, приставляя голову одной к плечам другой и вообще, всячески стремился к идеалу. Однако строй команда выдержать не смогла – одна из красавиц оступилась и из-за ее плеча показалась плешь следовавшего за ней воина. Обе девушки сразу облысели и это поросенку совсем не понравилось – двумя короткими хрюками он перемешал колонны, понаделав из людей диковинных многоруких, многоногих и многоголовых гибридов. Гибриды пытались было до него добраться, но поднявшийся ветер укатил их в сторону обрыва.
- Могло получиться, - сказал Закарзимир. Все с ним согласились.
Четвертая команда состояла из четырех человек. Они где-то раздобыли Щит Универсального Перенаправления (ЩУП) – Пумпитор аж присвистнул, представляя, во что им это встало.
ЩУП отражал все на всех. Четверка, спрятавшись за ним отражала все взвизги поросенка прямо на него, медленно, но уверенно направляясь к нему.
Поросенок быстро сообразил, в чем дело. Игра ему чрезвычайно понравилось – визг возвращался к нему и у него то вырастали оленьи рога, то он превращался в красивую раковину, то становился древним рассохшимся комодом. Однако во всех своих ипостасях он продолжал визжать.
Я подумал, что этим товарищам будет сопутствовать успех – они добрались почти вплотную, но тут случайные преобразования превратили поросенка во второй ЩУП. Последний визг оказался заключен между этой парой и начал летать от одного ЩУПА к другому, отражаясь, усиливаясь и разрастаясь как тесто в кастрюле.
Картинка получалась запоминающейся. Мне казалось, что я вижу энтропию, взбивающуюся в квантовую пену. Ее клочья полетели в стороны, превращая людей в мышей и крокодилов.
Финал был грандиозен – ЩУП четвертой команды, видимо, был все же не особо качественным, так что напряжения не выдержал и лопнул. Энтропийный смерч прошел по четверке, сделав ее как минимум квадрильонкой, попутно прокопав в земле кошмарную канаву, быстро заполнившуюся зеленой водой.
Поросенок, как ни в чем не бывало, вылизывался, хитро кося на оставшихся претендентов. Кое-кто из них начал уже сворачиваться, бормоча, что эта тварь нынче в ударе и лучше попытать счастья в другом месте. Я их понимал.
- Наш выход, - заявил Стур.

КФ: схватка

Логово поросенка представляло собой замок на скале, обнесенный сорокаметровой стеной, с восемью стройными башнями и прочими необходимыми свинскими атрибутами. Ворот в замке не было - попасть туда можно было только через подземный ход. Где он находится знали только поросенок и его домочадцы, для остальных висели указатели.

На регистрацию послали Стура. вернувшись, он заявил, что мы - пятые на сегодняшний день.
- Ажиотаж тут какой, - заметил я, посмотрев на равнину, густо заполненную народом. Партии соискателей стояли кучками, у каждой был свой флаг. Нам достался лиловый с бирюзовыми вставками.
- Разве ж это ажиотаж, - философски заметила Гальмамбра. - Представляю, что сейчас в Лос Мегалописе творится.
- А вдруг поросенок кому-нибудь из тех, что перед нами достанется?
Стур вдруг разозлился.
- А вдруг на тебя сейчас тележное колесо вон с той горы упадет? Не думай о плохом! Думай о хорошем, светлом, приятном! Представь, что вот эти неудачники, что перед нами в очереди стоят, размазаы в кашу, там нога оторванная дергается, там рука, там голова полусъеденная. Все в рытвинах. И тут выступаешь ты - весь в доспехах...
Мне стало плохо.
- А поросенок что... большой?
Гальмамбра хмыкнула.
- А ты как думаешь? Ему под двести лет уже.
- Может тогда не надо?
- Чего не надо?
- Ну... добывать его. Вдруг он нас тоже... того.
Стур разозлился еще больше.
- Ты не думай о плохом! Думай о хорошем! Представь...
- Хорошо, хорошо, - прервал я его картинки. Стур - боличарник, последователь секты убийственных оптимистов. Или убойных, не помню точно. Это хорошо в работе, но иногда вылезает боком.
Пребитатопт выставил вверх палец.
- Только поросенок ни фига не давит и не рвет. Это вы его с папочкой путаете. Вот тот был масте целое войско в тонкий блин раскатать...
Стур фыркнул.
- Да я так, поэтически. Надо же человека в себя привести.
- А что делает поросенок? - спросил я.
- Визжит, - коротко ответил Пребитатопт.
Воцарилось молчание, прерываемое лишь неумолчным гулом толпы.
- И что?
- Что что?
- Что с того, что он визжит? Или он громко визжит?
Все заржали, даже Дульсиртор.
- Он визжит на всех планах бытия, - туманно пояснил Закарзимир.
- И?
Гальмамбра хихикнула.
- Сам увидишь. Вот его уже выводят.
Поросенок действительно был большим. Четыре небольшие ноги с трудом волокли почти квадратное тело, поверх огромного рыла располагались маленькие усталые глаза, спина была покрыта жесткой щетиной. Маленький хвостик колечком трогательно торчал сзади.
Первая партия без больших разговоров похватала оружие и доспехи, выстроилась свиньей и пошла в атаку. Поросенок вздохнул, набрал воздух в левую ноздрю и завижжал.
Да, это был всем визгам визг. Он сотрясал квантовые основы вселенной, он переворачивал спины электронов и делал определенным принцип неопределенности. Метал вскипал на плоти, плоть поглощала метал, волосы превращались в змей, зубы - в тухлую рыбу, руки росли не из того места.
Через несколько секунд все было кончено - вместо атакующей партии в небо взлетала надувная розовая свинья. Поросенок проводил ее тоскливым взглядом.

КФ: обед

Дульсиртор оказался не так-то прост. На обед перед самыми Голоперидальскими Вратами он сделал превосходное оссэ из баранины. Я сначала думал, что так он пытается досадить Домогарию, который, судя по красным штанам принадлежал к пумтяшикам и баранов не ел. Члены общества святого Пумтяша им поклоняются. Но Домогарий лопал свою порцию так, что за ушами трещало, и я что-то начал подозревать.
Сомнения развеял Стур. Оказывается, Дульсиртор - мастер школы имитационной кулинарии, то есть может сделать все, что угодно из всего, что угодно. Причем мастер высшего, третьего дана. Вот уж повезло так повезло.
На второе был подан компот, я принял стакан с опаской, но толстяк уверил меня, что он не из свинины, а из яблок. Пришлось поверить.

КФ: команда растет

На следующее утро случилось страшное. Проспавшийся Домогарий объявил, что кооптируется в нашу команду на правах смотрящего. Пребитатопт долго спорил с ним, поминая различные пункты и подпункты кодекса, но Домогарий вытащил огромный том «Узаконенных исключений» и побил все его аргументы. Правда когда Домогарий попытался встать к нам на полное довольствие взвился Пумпитор – и перед ним господину инспектору (с нынешнего утра – инспект-копейщику) пришлось отступить. То есть он вносил положенную двенадцатую часть и обеспечивался с нашей стороны только оружием и латами.
Кого мне было жалко, так это толстяка Дульсиртора. Он-то с нами идти совершенно никуда не собирался, но вот – пришлось, так как иначе его отсутствие в отряде было бы подозрительным. Его мы, по общему решению при одном воздержавшемся взяли на полное рыцарское обеспечение, взяв двенадцатую часть копченой свининой. Знали бы мы, чем это нам обернется не далее, чем через три дня…

КФ: привал

Останавливаться на привал в гостиницах и на постоялых дворах строго запрещалось, следили за этом строго. Поэтому окрестные заведения вывели часть комнат из номерного фонда и обозвали "биваками". Еду полагалось также готовить самим, поэтому в таких гостиницах обычно включали - на один два дня - в состав команды кого-то из поваров.
Закарзимир заранее договорился с заведением под названием "Сон Гарибальдера", в которое мы и въехали. Как раз успели к обеду. Нам был представлен Дульсиртор, второй главный повар и по совместительству кок нашей экспедиции. Сразу после этого подали первую перемену блюд.
Тут произошла небольшая накладка. К нашему столу пожаловал сам господин инспектор Домогарий, проверяющий соблюдение нами установленных правил. По этим правилам все члены экспедиции должны были есть за одним столом, поэтому пришлось вытаскивать из кухни и заставлять кушать нашего нового соратника. Как на грех он только что поел, поэтому сидел за столом с несчастным видом, давясь пряными куриными ребрышками и холодцом из прыгунков с пореем. Домогарий согласился (после очень ненастойчивых и кратковременных уговоров) отобедать с нами и ел, надо сказать, за пятерых. Травил при этом совершенно несмешные анекдоты, от одного из которых у Гальмамбры напрочь отшибло аппетит.
Далее господин инспектор пошел исследовать наши палатки, в одной из которых уснул. Мы же устроили совет.
Нашей целью была Балстурмийская долина. Но так как никто не знал, где она находится, то прежде нужно было посетить пифию и вопросить ее о ее местонахождении. Пифия жила в монастыре Никароль, что на острове Никароль в Никарольском море. Туда ходили дилижансы, но проблема была в цене.
Географическая Пифия каким-то непонятным образом знала все. То ли у нее был полный сборник всех местных атласов, то ли еще что-то, но она могла ответить на вопрос о местонахождении чего угодно, как бы и кем бы это не называлось. Это был факт.
Цена же назначалась в зависимости от трудности вопроса и прямо зависела от требуемой точности. То есть можно было сдать в никарольскую кассу одну кисть, задать вопрос и выяснить, что искомая долина находится на Эрре. Однако за миллион мы могли получить тот же самый ответ - ну, разве что уточненный до полушария. Увы, по непонятной причине пифия разместилась в монастыре нестяжателей, так что за деньги там можно было приобрести немногое.
Следовало совершить подвиг. Списки еженедельно распространялись на Географической биржи, их-то мы и изучали.
- Дракон из Лос Мегалописа!
Гальмамбра скривилась.
- Две сотни тонн стальных мышц и чугунных перьев, кислота под давлением в двадцать атмосфер, когти размером с некрупного крокодила...
Я поежился.
- Неинтересно, короче. Ежиков кувалдой плющить тяжелее.
Я встрепенулся.
- Ну, может того... возьмемся, чисто для скорости?
Стур вздохнул.
Туда, кажется, вчера уже отправился Вульк-Гречибанин. Слишком лакомый кусок.
- Рубин "Глаз Будущего" из монастыря Тусильгап.
- Высота пять тысяч метров над уровнем моря, - пробормотал Пребитатопт. - Да и далеко. Хотя кусочек лакомый, да...
- Священная чаша Дусмурсиса. Неизв.
- То есть ее еще искать, - вздохнула Гальмамбра. - Время, время...
- Вот хороший вариант, - сказал вдруг Закарзимир. - Поросенок из Голоперидала.
- Поросенок? - поразился я.
- Ага.
- А что в нем... эдакого?
Гальмамбра пожала плечами.
- Ничего, за исключением того, что его родители - это Хряк из Альмордовата, а мать - Свинья из Гулькинторпа. Сам он перемещается со скоростью пущенной стрелы, размером вот с этот боченок и умеет не только визжать, но и петь.
- А что, даже интересно. Родители за него впишутся, как считаешь? - заинтересовались братья Махаси.
- А черт их знает. Хряк недавно стал королем Демиурии, у него забот полна пасть. Свинью уже лет пять не видел никто.
- Жалко.
Я с ними не согласился, но промолчал.
- Поросенок - это славно, - подытожил Закарзимир. - Берем. Завтра выступаем в Голоперидал. Я примерно знаю, где это.
Воодушевленный, я лег спать рядом с мерно дышащим Домогарием.

КФ: отправление

Ватага наша выглядела грозно. Закарзимир был в полном зандармском доспехе, так что идти не мог - его везли на тачке братья Махаси. Те наоборот, по древнему турвинскому обычаю разделись до набедренных повязок, за которые заткнули длинные ножи. Если учесть, что утро выдалось морозным - тачка с Закарзимиром оказалась кстати.
Гальмамбра вооружилась тибарийским тесаком - так называли двуручную четырехлезвийную косу с приваренными там и сям лезвиями мечей. Вокруг нее сразу же образовалось чистое пространство.
Пумпитор и Пульфундор шли налегке, вооруженные только щитами, мечами (каждый взял два) и пучками метательных стрел, торчавшими отовсюду из под их одежды. Стур и Пребитатопт оседлали двух крупных ослов, что очень шло их длинным копьям и тяжелым изогнутым шлемам с плюмажами.
Мне тоже дали копье, щит, меч, лук со стрелами и навешали спереди и сзади кирас и поножей. От шлема удалось отвертеться, но взамен Гальмамбра раскрасила мне лицо в боевые блюрийские цвета - черный и темно-синий.
Брякая и звякая наша компания шла сначала по Туманной улице, потом свернула на Банную. По настоянию прижимистого Закарзимира мы должны были выйти через Верхние ворота.
Я не знаю, что называется Верхники воротами в Дермитамаке, например, но тут они полностью соответствовали названию. Королю Плурсу понравилось название и он отдал приказ учредить таковые в своей столице, а так как он славился педантизмом, то и к делу подошел со всей скрупулезностью. То есть Верхние ворота были устроены на высоте примерно двадцати пяти метров над уровнем мостовой и добираться до них надо было по шатким мосткам, лестницам и переходам. Там каждый день кто-то бился, но дело того стоило - тому, кто пройдет в ворота платили пять кистей, тому, кто проведет осла или лошадь платили двадцать, а кто проведет запряженную телегу - сто. Эти антипошлины были установлены Пфульцем, сыном Плурса, чтобы оправдать затею папы, а потом все это как-то прижилось.
Я боялся, что кто-нибудь из наших свалится, но все прошло спокойно.

Отправление

Я выглянул в окно. К сожалению ландризумийцы так и не дошли до понятия этажа, так что я не мог прикинуть высоту башни даже приблизительно. Высока она была – это точно.
Прямо передо мной раскинулся огромный город, окаймленный со всех сторон дремучим лесом, который, в свою очередь упирался прямо во вздымающиеся ввысь горные пики, вершины которых терялись в облаках, окутывавших их крутые плечи. Слева направо город пересекала могучая река. Чуть левее вздымались исполинские стены Императорского Дворца Задуркасор-Мылло. Больше смотреть было не на что.
К счастью, вернулся Пумпитор. Гальмамбра заварила душистый курительный чай и мы все развалились на лавках, смакуя маленькие дымящиеся чашечки.
- Дали отсрочку? – игнорируя повисшую было паузу спросил Закарзимир.
Директор кивнул.
- Слухи про ваш интерес к Перфоратору достигли Убиржи. Ставки слетели вниз, утром было один к двадцати, а сейчас ушло на один к шестнадцати. Так что отсрочку дали не задумываясь и еще будут, наверное, играть на понижение.
- Один к шестнадцати, - буркнул Пульфундор. – Вот что значит кризис. Два года назад, когда граф Бенна-Шимульгаер собирался драться с боруснийским буфетчиком, медведи обвалили курс до одного к шести. Кое-кто на этом обогатился просто сказочно.
- В первую очередь сам граф, - ядовито вставила Гальмамбра. – Хоть и заявлял, что при таком курсе ему драться неприлично.
Все засмеялись. Я ничего не понял, но спросил.
- А с буфетчиком тем что стало?
- Что-что, - буркнул Пумпитор. – Откупился. В самый последний момент. Спекулянт несчастный – ведь даже гроб себе купил, через весь город провез. Я на этом деле полторашку потерял.
Смех длился, наконец Пумпитор стряхнул с себя груз воспоминаний и присоединился к нему.
- А что Такила?
- Выпустил бюллетень. Типа, Перфоратора он не боится, тем более, что мы его все равно не найдем. Ждет.

Крутое фэнтези

- Какой-нибудь волшебный меч снимет все вопросы, - заявил Пульфундор. – Один фиг тебе не научиться им владеть на уровне Такилы. Даже и за год, если еще Пумпитор получит отсрочку.
- Отсрочку-то он получит, - задумчиво протянула Гальмамбра. – А что ты имеешь в виду под волшебным мечом?Collapse )