February 24th, 2021

Подумалось

Вот говорят - научная революция, научная революция... Но никто почти не задумывается, а в чем смысл этого понятия.

Как по мне, так наука сейчас и наука, например, в 19 веке - это совсем разные вещи. Тогда любое научное открытие вело к лучшему пониманию окружающего мира. Сейчас такого рода открытия - даже и не рискну предположить, в большинстве или в большинстве. Но очень многие просто умножают наше незнание, строго по Сократу.

И тут мы вспоминаем, зачем наука вообще нужна. Ошибаются те, кто думает, что для знания или там удовлетворения любопытства. Нет, она призвана решать задачи, стоящие перед человеком и, шире, некоторым переменным количеством человеков.

Не, понятно, что многим любопытно, но реальная задача именно в этом.

Поэтому чисто мировоззренчески сейчас ситуация смахивает на тупиковую - чем больше наука вгрызается в гранит окружающего мира, тем больше обнаруживается проблем. Некоторые вообще, оказывается, самой же наукой и порождены - на предыдущем этапе решения ею всякого рода проблем. Спираль, чо.

Это многих раздражает и это заметно. Сохраняет ситуацию то, что все еще жива надежда, что наука все же это решит. Не просто сообщит, что, например, климат теплеет/холодеет и в ближайшее столетие все зажарятся/замерзнут, а скажет, что делать, чтобы не помереть. Да еще и так скажет, чтобы текущий уровень потребления, не дай бог, не снизить.

Ну, чем это в итоге может закончиться - в общем-то ясно. Ежели наука не сможет стоящие задачи с заданными ограничениями решить - ей каюк, и обратная связь нас отбросит в темные ненаучные века. Народу перемрет еще больше, но зато и новое равновесие быстрее установится. Будет ли там место людям - бог весть.

Да, об чем бишь я... наука сначала должна потерять всякую репутацию. То есть будет интересный период, когда задачи - стоят, да в полный рост, а на науку их уже не повесишь, у ей шея кривенькая. И что тогда будет эти задачи решать?

Некоторые надеются на бога, некоторые на его земных помазанников, некоторые сушат сухари и изучают устройство автомата, но есть такие, которые строят всякие решатели задач, у которых на входе вопрос, а на выходе - ответ. Ну да, нейронные сетки и т.п. Что там у нее внутри - никто не знает, даже наука. Решает, и ладно.

Ну и... здесь уместно привести такую вот аналогию. Сам придумал.

Вот сейчас есть два подхода к автоматизированному, например, переводу. Один, условно, теоретико-множественный. То есть создается матмодель одного языка, потом другого, потом между ними устанавливаются связи, и на выходе всякая белиберда, которая, тем не менее, понятна и может быть улучшена - в дальней перспективе до удовлетворительного результата.

Второй - чисто статистический. То есть нам дают текст на одном языке, указываю, на что переводить - мы собираем миллиард текстов, кладем один поверх другого и по наибольшему среднему или кластерами или еще как даем перевод. Если позволяют мощности - включаем контекст - все теми же кластерами, естественно. Как это все работает никто в точности не знает, но результат есть и результат неплохой.

Вот что будет дальше? Статистический метод дает результат лучше теоретико-множественного. В итоге народ будет использовать именно его. Это же логично, правда? Использование предполагает анализ текстов - среди которых по мере использования будет накапливаться доля тех, что переведены именно по этому пути. Доля будет расти, расти, и...

И через некоторое время у нас наступит самый настоящий коллапс - в том смысле, что перевод начисто отвяжется от реальности и будет базироваться только на предыдущих переводах.

И это будет касаться далеко не только переводов, кстати. Собственно, любых вещей это будет касаться. Правда в физике останется еще и эксперимент и велосипед с квадратными колесами будет ездить по асфальту с некоторым трудом. Но асфальт ведь можно положить с учетом формы колес, правда?

Что интересно, тут просматривается не только финал и финиш (примерно в 95% случаев), но и наоборот, прорыв на следующий уровень. То есть скорее всего такой ИИ станет идиотом, но может вылезти и в гении.

Только непонятно, что хуже.